Михаил Иванов

Михаил Иванов
переводчик

Образец голоса:

Михаил о себе (взято с сайта Видеогида):

Иванов Михаил Николаевич, переводчик фильмов, главный редактор и автор всех выпусков «Видеогида», поэт и прозаик.
Стихи издавались только один раз в журнале «Соло», ?15. В феврале 2000 года в библиотеке журнала «Соло» вышел роман «Банан», переизданный в ноябре того же года издательством Ad Marginem тиражом 5000 экземпляров. В 2001 году должно выйти продолжение книги «Банан» в издательстве Ad Marginem. Собираюсь издать сборник лучших стихов, которые пишу по настроению раз-два в год или раз в два года. В молодости играл на бас-гитаре в рок-группе и сочинял свои песни, но какой-либо известности не приобрел.

В 1977 году закончил факультет английского языка пединститута им. Ленина. До этого был исключен из комсомола и из института иностранных языков им. Мориса Тореза за водружение красного флага на пивную точку. Пять лет проработал письменным переводчиком в издательстве, а потом два года нигде не работал.

Фильмы на видео начал переводить в 1982 году, числясь на разных работах то сторожем, то рабочим, и переводил до 1997 года.

С 1991 года начал выпускать сборники аннотаций под названием «Видеогид». Первые три тома по тысяче фильмов каждый были написаны в соавторстве с другом Олегом Михайловичем Сулькиным, ныне гражданином США. На сегодняшний день в свет вышли 13 томов, включающие 12000 фильмов. После третьего тома моим издателем стал Сергей Белоусов, сделавший очень много для выживания проекта. Женат. Имею сына от второй жены и дочь от третьей. Раньше очень любил выпить, но последние шесть лет пью очень редко, но метко, предпочитая траву. Больше всего люблю красивых женщин, природу, выпивать и курить на природе, друзей, книги, кино, компьютеры-ноутбуки, телефоны, авторучки, часы и The Beatles.

Привет для сайта e180.ru (снято в 2012 году):

Интервью программе «Час Пик»:

Михаил Иванов

Михаил Иванов

Интервью для сайта e180.ru (2010 год):

— Как вы относитись к жанру фильмы ужасов? я знаю, что очень много из этого Жанра вы перевели, и хотелось бы знать ваше мнение об этом жанре?

Я не очень люблю этот жанр, что отнюдь не говорит о том, что в этом жанре нет своих шедевров. В любом жанре есть фильмы хорошие и есть плохие. Мне больше нравятся картины типа «Омен», «Сияние», а вот «страшилки» типа «Пятниц» или «Хэллоуина» меня не привлекают, хотя есть в них неплохой «черный юмор» и удачные находки.

— Каким образом вы в последнее время переводите фильмы?

Всегда приходится предварительно осмотреть фильм, чтобы не сделать смысловую сюжетную ошибку.
После этого, я начинаю со слуха или при помощи субтитров, если таковые имеются (раньше их не было), письменно переводить картину в ноутбуке, оставляя места, которые легко пойдут просто со слуха. В этих случаях я просто пишу: См. на экран.

С субтитрами фильмы переводить, конечно, намного легче – между ними, субтитрами, можно просто перематывать на убыстренной скорости, особенно, когда много драк, идущих с самыми простыми словами, да и с трудными местами полегче – не нужно по несколько раз прослушивать и развязывать тугие узелки омонимов.

Записанный в ноутбуке перевод я затем начитываю, не делая остановок, на звуковую цифровую дискету. Далее перевод накладывается на сам диск при помощи компьютера, но это уже не моя работа. Есть люди, которые «собирают» звук на компьютере.

— Пишете монтажки, стараетесь на слух, или как-нибудь «комбинируете»?

На этот вопрос я только что ответил – я комбинирую.

— Какой из своих переводов считаете самым удачным / неудачным?

Самым удачным переводом считаю «Смысл жизни», а неудачные просто не помню, так как по большей части это была никчемная дрянь. Мне также нравится, как я перевел «Космические мудозвоны» Брукса, «Лабиринт» с Боуи, «Круизинг» и «Лицо со шрамом» с Аль Пачино, «Опасные связи» с Мэлковичем.

Если фильм мне нравится, так хочется дать ему полноценную жизнь среди наших киноманов. Еще раз повторюсь – я стараюсь, а не отрабатываю бабло, как это часто бывает. Каждый фразеологизм дорог, его этимология и адекватность в средствах передачи основной мысли. Чтобы и в точку и сочно получилось.

Я прекрасно перевел ранее прочитанную на английском книку «Унесенные ветром». Я просто написал дословный сценарий. Мой приятель сказал, что среди молодых любителей авторского перевода даже возник спор. Они говорили, что фильм переведен с субтитров. Но тогда субтитров не было.
Я перевел его от руки и сам старательно начитал. Фильм месяцами не вынимался из видика – так многие желали купть его копию.

Я хорошо перевел «Амадей», «Сияние» — всех хороших фильмов и не упомнишь.

— Какой совет смогли бы дать нынешнему поколению «начинающих переводчиков»?

Честно говоря, я не думаю, что у нас еще будут «начинающие переводчики». Слишком мало платят и на эти деньги не проживешь. Для меня это подспорье к пенсии и борьба со склерозом и одиночеством. А совет простой – писать «монтажки», есть фильмы, которые этого заслуживают.

И насчет одиночества. У меня по умирали все лучшие друзья, иные уехали , иные настолько заняты бизнесом, что и встречаться у них времени нет.
Я бросил пить, и пьющие друзья так и говорят: «Хули с тобой встречаться, Банан, если ты не пьешь». Если найдется человек, который жил бы в районе метро Сокольники, я бы хотел с таким человеком подружиться с целью ходить вместе гулять, а то я скоро сойду с ума окончательно, «тихо сам с собой ведя беседу».
Пишите на этот сайт, оставляйте мобильный, я позвоню. Женщины могут тоже звонить. Они тоже имеют право быть только друзьями, а не любовницами.

— Хотелось бы узнать отношение Михаила Иванова к современному кино (в сравнении с фильмами 70-90-х), интересно ли его переводить?

Раньше привоз фильма был событием. Пираты следили за выходом новых картин, выискивали лучшее из старого кино. Была какая-то романтика. Переводчик стоял практически на одной ступеньке с актерами, греясь в лучах их славы. Хорошо было.
25 рублей за фильм были деньгами, на которые можно было жить и есть мясо хоть каждый день. Долларов я тогда в глаза не видел.
Потом пришел период, когда на «Горбушке» две основных студии выбрасывали все, что можно. 1-ая Студия выпускала каждую субботу по десять кассет, в таком потоке обычно был, дай Бог, один хороший фильм, но было на рынке все. Платили уже сто долларов за полуторочасовой фильм. Обстановка не могла сильно измениться. Появление хороших и очень хороших фильмов количественно вряд ли изменилось.

— Что из последнего просмотренного переведенного действительно понравилось и оставило неравнодушным?

«Жестокое лето» Дзурлини.

-Что Вы переводили из Мела Брукса кроме Космических Яиц и Всемирной истории.

Не помню.

— Поддерживаете ли отношения с Борисом Зосимовым.

Сейчас нет, но уже очень давно я переводил для него «лазерки», с которых он за деньги делал копии. Припоминается один смешной случай в нашем тогдашнем сотрудничестве. Пришел лазерный диск «Дикие гуси 2», где фигурировали наши генералы в Кремле и речь шла о КГБ. Сцену с генералами вырезали при перезаписи, а вместо КГБ я везде написал израильский МОССАД. Боря сам тогда начитал перевод с моей монтажки, чтобы не разгадали мой голос и не вычислили источник «антисоветчины».
Я лет 8 назад попытался с ним связаться и попросить его о помощи – дать на реализацию сидишки для своего отдела в ГУМе. «Помоги, говорю, по старой дружбе». Он ответил: «По какой еще дружбе». Короче резко послал меня, только что не матом. Я ведь уже не был ему нужен.

— Почему в Вашей книге «Банан» так мало упоминаний про переводческую деятельность.

Эта книга не о видеопереводе. Это книга-исповедь о моей «загубленной» в постоянных и регулярных кутежах и запоях жизни, любви и поисках смысла в этой самой жизни.
Я никогда не умел копить деньги, в кутежах спускал все, иногда даже одежду и часы, но сейчас зато не пью и в 2005 году бросил курить, но здоровья от этого не прибавилось, годы не обернулись вспять, а старшие товарищи говорят, что дальше будет только хуже.
А сейчас и копить нечего – фильмы оплачиваются скудно, так как бизнес видеопиратства захирел, убитый интернетом. А книгу можно еще купить через OZON. RU. Кого-то она шокирует, но она не выдумана, я написал ее в маниакале так, как все было на самом деле.
Начал в больнице Кащенко, продолжил в Тайланде и закончил в Москве. У меня МДП, маниакально-депрессивный психоз. Сейчас я пишу эти строки в 15 психиатрической больнице, где уже полгода отлежал из-за затяжной и очень острой депрессии. Полтора месяца в остром отделении, а остальное время в санаторном. В 9 отделении, сидевшие люди говорили, даже хуже, чем в тюрьме. Не минуты покоя или комфорта.

— Являетесь ли Вы полным прототипом Банана, или это отчасти собирательный образ.

Собирательный потому что жизнь наша была типичной для того времени – конец 60-ых и 70-тые годы.

— Узнавали ли Вас по голосу незнакомые люди. Типа «О, знакомый голос, Вы фильмы переводите?»

Нет. Узнавали голос только, когда он проходил через микрофон или телефон. Голос при этом меняется. Я это знаю. Один раз я был переводчиком для группы англичан во Владивостоке, и приехало местное телевидение. Через микрофон меня и разоблачили, попросив дать интервью. Англичане, с которыми я работал, были явно ошарашены объемом потраченного на меня времени.

— С кем из переводчиков были лично знакомы?

Было шапочное знакомство с Володарским.

— Приходилось ли сравнивать свои переводы с работами других известных переводчиков.

Да. Преклоняюсь перед Михалевым. У него переводы были лучше, чем оригинальные диалоги картины. Он переводил и книги, что составляло для него большую радость и гордость. Он ценил это гораздо выше перевода фильмов.
Очерк о нем можно прочитать в 4 томе «Видеогида».

— Какие фильмы были самыми сложными для перевода.

Фильмы на «кокни». Например, «Квадрофения».

— Приходилось ли переводить для видео не художественные или документальные фильмы, а телешоу или концерты.

Один раз дали на перевод Билли Кристала, юмориста-эстрадника. Перевод был настолько сложным, что я отказался. Халтурить не хотелось, а работа по замене непереводимых шуток, построенных на игре слов и чисто американских реалиях и знаменитостях, заняла бы недели две.

— Радует ли Вас современное кино, если да, то какие фильмы понравились.

К сожалению, современное кино после окончания работы над «Видеогидом» я практически не смотрю. Все время занимает перевод фильмов для коллекционеров. Современное кино на перевод почти не дают, а смотреть чисто для удовольствия времени просто не остается, да и сил тоже.
Старость не радость. Хотя недавно в больнице я посмотрил фильм «Четверг» в переводе Гоблина. Он переводит мат, который я обычно использую, когда он носит смысловой характер и нужен для понимания фильма. Так в фильме «Ленни» главного героя (Дастин Хоффман) сажают в тюрьму за слово cocksucker. Если бы я не перевел его как [непереводимая игра слов], подыскал бы какой-нибудь эвфемизм, то зритель бы просто не понял, почему в Америке сажают за использование такого слова как хрен или что-нибудь в этом роде.
Так вот мне так понравился перевод Гоблина, что я, пожалуй, в фильмах для взрослой аудитории буду использовать мат. Постараюсь, чтобы звучал он естественно, а не пошло. В конце концов все мы понимаем, что торговцы наркотиками и бандиты не называют друг друга «редисками».

— Как Вы пришли к переводам фильмов, с чего все началось?

Мой друг Вадим Якубов сказал, что его знакомые хотят, чтобы я перевел для них видеофильм и я согласился. Мне что-то сделали в моем первом JVС и начитывать надо было в один прием, поправлять было нельзя. Переводил я «Шоковою Терапию», французский фильм с Анни Жирардо на английском языке. Получив за далеко не совершенный перевод 25 рублей, я, наконец, нашел любимую работу и окончательно определился в жизни.
Работа стала легче, когда мне достали «Панасоник» со стерео звуком. Теперь я мог останавливаться, отматывать назад и исправлять ошибки, оговорки, мог записывать трудные места и скороговорку. Я очень старался и много работал.
Года через 2 – 3 я стал переводить более менее прилично, а потом на меня уже была очередь. Посудите сами, в те времена мы учили в институте английский, как «мертвый» язык. Поговорить с носителями языка возможности не было. Поэтому я сразу заметил, что в фильмах говорили на языке сильно отличавшегося от английского, которому нас учили старательные преподаватели.
Хотя я никогда не забуду моего учителя грамматики, Осипова, который в два занятия после уроков обьяснил мне то, что я в ней, грамматике, не понимал. Это был прекрасный, пьющий, курящий и умнейший человек. Обычно во время урока он сидел на столе и, покуривая в сторону окна очень доступно обьяснял материал.

— Можете ли вспомнить первый переведенный Вами фильм и кому и как он делался? В каком году?

Я уже сказал о своем первом фильме, а имя Марата что-нибудь скажет только тем, кто тогда, в начале 80-ых покупал у него записанные кассеты. От Марата я получил на перевод и первые лазерки. Это был единственный из моих работодателей, которого посадили в тюрьму, обвинив в спекуляции музыкальной аппаратурой.
Он работал начальником оркестра в ресторане «Арбат» и его поймали на продаже синтезатора. Года через два я случайно встретил его на улице, похудевшего, с отпечатком невеселой жизни за решеткой. К «писательству» он больше не вернулся. Я уважаю его, так как он никого не заложил, а записную книжку успел выбросить. Его брат Славик выпрыгнул в окно со второго этажа и скрывался в Молдавии, откуда они оба были родом.

— В каких условия и как делались переводы видео фильмов в начале 80-ых?

Фильмы переводились дома. Работал я на кухне, а позже в Сокольниках в комнате. Я лежал на диване и дистанционкой включал видак, ставил его на паузу, чтобы в местах без слов не лезли звуки улицы. Ведь достаточно абсурдно будет слушаться в вестерне сирена скорой помощи или рев мотоциклов. Переводил я кусочками. Прослушаешь кусочек и наговоришь его. Беда была в том, что лично у меня техника была устроена так, что когда я переводил, я слышал звук собственного голоса в наушниках. Поэтому я полагался на свою хорошую тогда память. Куски со скороговоркой, с участием в разговоре нескольких персонажей приходилось записывать от руки.
Для меня всегда на первом месте стояло качество перевода, а потом уже шли деньги. Летом в жаркую погоду я лежал в одних трусах и парился от жары с закрытыми окнами. От жары очень страдали уши – под наушниками им, бедненьким, было совсем плохо, даже прыщи появлялись.
В таких условиях обычно я переводил один или два фильма в день, хотя иногда приходилось переводить и больше. Бывали срочные переводы, когда фильмы поступали в бывший Союз только в четверг. Фильмы раздавались разным переводчикам. Михалев, Гаврилов, я и Володарский, а позже такие классные переводчики, как Карцев и Санаев, переводили на Студию 1.
Платил Тигранчик по сто долларов за полуторочасовой фильм, что в девяностых было равнозначно зарплате моего шофера. Сам я машину водить не умел и держал шофера с машиной. Да, один раз мне пришлось перевести пять фильмов. С таким количеством держать на высоте качество было не так уж и просто.

— Как вы сами относились к видео и кино когда начали переводить?

Кино я любил с детства. Помню мальчишками мы ездили на Октябрьскую площадь в кинотеатр «Авангард», бывшую церковь, которую потом снесли и построили на этом месте то, что там сейчас стоит. Ездили в «Прогресс», прятались под рядами стульев и по нескольку раз смотрели такие фильмы, как «Три мушкетера», «Фантомас», «Крестоносцы».
Я помню, с каким восторгом мы смотрели и «Два капитана», и другие советские фильмы. Среди наших фильмов был настоящие шедевры. «Весна на Заречной улице», «Летят журавли», «Девчата». Фильмы про войну. В кино мы ходили очень часто, в буфете было пиво и бутерброды, лимонад и мороженое. Когда я впервые посмотрел фильм на видео (это была прекрасная картина «Папильон» с Хоффманом и Стивом МакКвином), я был просто сражен.
Все свои силы и энергию я отдал тому, чтобы приобрести видак и «паловский» телевизор. В 1981 году мечта осуществилась и дома у меня постоянно собирался народ и частенько до утра все смотрели то, что удавалось достать или выменять. В коридоре была куча обуви, дым стоял столбом и обычно распивалось то, что почти все приносили с собой. Прошли год или два перед тем, как первый энтузиазм прошел и народ начал искать в фильмах искусство кино. Бесчисленные «картаэшники» и «эмманюэли» ушли на второй план, но «Греческая смоковница» еще долго пользовалась спросом.

— Что тогда для вас было «перевод фильмов»?

Перевод фильма был для меня хобби, превратившимся в работу.

— Хотелось бы что бы вы немного расказали об атмосфере того времени, как человека причастного ко всему этому?

Должен сказать, что в советский прокат того времени не покупали плохих фильмов. Закупалось лучшее из того, что не подрывало наш строй. Видео смотрели в атмосфере постоянного страха, хотя у меня лично с милицией никаких неприятностей не было.
Встречались в метро, менялись кассетами в целлофановых пакетах из-под молока, украдкой и с оглядкой. Мне лично было проще – фильмы приносили на перевод и я приглашал друзей, и мы смотрели фильмы даром, без обмена. Со временем я от этого, честно говоря, малость устал. Днем переводишь, вечером, часто с ночевкой все это смотрится. Без бутылки никто почти не приходил, бывало, что и переберешь так, что на следующий день было уже и не до перевода. Друзей было видимо невидимо. Очень просто «снимались» под видео девушки. Им предлагалось «кино и вино» и они охотно соглашались смотреть видео, а дальше уже по обстановке. Атмосфера была романтичной, как романтичны были романы типа «Одиссеи капитана Блада». Веселый Роджер.

Был у меня один «уматной», как сейчас говорят «прикольный» работодатель Игорь по прозвищу Мрак. Кличка говорит сама за себя. Это был действительно Мрак, внешний и внутренний. Как-то обложили его менты, но он дверь не открыл, а ломал и рвал пленку, спускя ее в унитаз. Перелезал через балкон к другу по соседству и переносил туда пишущую аппаратуру. Отсиделся и в ментовку так и не попал. Мрак.

— Помогало ли вам в то время что вы «известный на всю страну голос»?

Очень помогало. Ко мне относились, как я уже, кажется, говорил, как к актеру, а знакомством со мной гордились. Так я покупал без очереди мясо, колбасу и прочие дефицитные продукты без переплаты. У меня машины никогда не было, так друзья с машинами возили меня на дачу. Я бесплатно ходил в бассейн «Чайка» в удобное для меня время. Занимался в тренажерном зале, загорал на трибунах, на которых наводили загар очень симпатичные девушки.

Хорошее было время. Теперь всем наплевать, что ты переводил или переводишь какие-то там фильмы, которые можно дешево купить на каждом шагу. Да, теперь все в прошлом, а на сегодняшний день я имею только старость, бедность, болезни и одиночество. Я не жалуюсь, а констатирую, да и совет дать хочу – берегите своих любимых, свою семью, иначе в старости будет очень горько.

— Не было у вас проблем с милицией и другими органами, так как видео в то время было под запретом?

Никаких проблем не было, так как я почти не занимался тиражированием, отписывал фильмы только своим постоянным клиентам и никогда не торговал кино на «Горбушке».
В девяностые годы я очень много синхронил для одной международной организации (ОЭСР) и в теме «статистика» достиг определенных высот. Когда переводишь один и тот же текст в разных бывших республиках, то можно переводить в будке и одновременно читать газету. У меня так получалось. Иногда я заканчивал фразу раньше, чем ее заканчивал выступающий. Это было особенно забавно. Дэвид, англичанин, который стал моим другом, в такой ситуации удивленно посмотрел на меня, но я сказал, что уже в начале его фразы я знал концовку. Ему-то приходилось думать, что говорить, а у меня перевод шел, как по рельсам, я просто считывал его с памяти.

— Если у вас есть такая информация, и не знаете ли вы как переводили в то время другие переводчики?

Я не был знаком ни с одним из переводчиков, так как дорожки наши никак не пересекались.

— Переводи ли вы когда нибуть на кино фистевалях и закрытых просмотрах? Михалев, Гаврилов, Володарский до видео начинали именно с них.

На закрытых просмотрах я переводил один раз китайский фильм карате с английскими субтитрами. Пригласили перевести тот же фильм во второй раз, и я был очень удивлен, когда увидел, что субтитры не поместились на экран. Я сделал перевод по памяти – люди в зале даже смеялись. Я вспоминал и придумывал шутки сам, чувствуя по ходу фильма, когда нужно пошутить. Помню голос: вот смотри, переводчик с китайского. Получил свои десять рублей, которые сразу же пропил с друзьями.

— Как проясняются непонятные места/фразы/обороты, когда таковые попадаются при переводе?

Нужно сначала понять, о чем идет речь, а потом, если возможно, переводить дословно или подыскивать русский эквивалент по сочнее.

— Есть ли какие байки из переводческой жизни?

Я занимался переводом и больше нигде не работал, а только числился, так как мечтой моего участкового было посадить меня в тюрьму. Человек он был серым, как его серая форма. Один раз я даже работал в одной школе военруком. Волосатый, бородатый, в джинсовом костюме я выделялся среди других учителей, но класс меня любил, а если кто и не любил, то получал удар в солнечное сплетение за дверью класса.

Я разрешал шалить, но только тихо. Больше всего я любил занятия по строевой на улице. Во-первых, с похмела на улице было легче. Я обучил начальников отделения основы строевой подготовки, а потом просто следил, отдавал команды и исправлял ошибки, сидя на ящике. Байка? Не знаю.

Меня уволили после того, как я пришел в школу с головой, перевязанной, как у Щорса – мы с другом заморили тараканов и пошли поесть в ресторан, где какой-то алкаш допился до глюков и разбил об мою голову графин и все это на глазах милиции. Я его автоматически уделал тяжелым креслом, а этот дундук стал ругать бравших его ментов фашистами и другими обидными словами. Кожу на затылке мне зашили в травмопункте.

Еще мне приходилось числиться на стройках, в сторожах и в магазинах подсобным рабочим. Директриса одного магазина на Соколе раздала сотрудникам мою фотографию, показав сначала меня лично, и как оказалось не зря. Неутомимый участковый, желавший, чтобы я сидел на нарах, загорелся идеей поймать меня на тунеядстве, что ему и удалось. Я не смог найти магазин, в котором я числился.

При задержании я с другом Толиком как раз смотрел «Это Америка», где были сцены с фестиваля порнофильмов. Меня на «москвичонке» отвезли в участок, где сфотографировали в фас и профиль, сняли «пальчики» и поморили немного в обезьяннике с местной алкашней. Участковый сказал, чтобы я посидел, а потом обещал поехать и изьять видеокассеты, чтобы найти насилие, секс или антисоветчину (Тогда сажали даже за «Крестного отца»). Но я дал одному знакомому алкашу из обезьянника свои ключи и научил забрать все кассеты.

Алкаш получив десять рэ так и сделал, а меня отвезли в райотдел, откуда меня выгнал домой какой-то милиционер с погонами майора. Но участковый все-таки своего добился. Меня через подписку обязали работать на 1-ом шарикоподшипниковом заводе, который я любовно звал «Шариком».

Я должен был работать год, но вышел раньше, подружившись со страдающим от похмелья зам директора по какой-то части. Я опохмелял его спиртом, которым моя жена в больнице протирала пальцы, прежде чем взять у них кровь на анализ. Этот спирт нас очень один раз выручил. Зам директора тогда чуть не подох от похмелья. Он отпустил меня в отпуск, а я потом в кожновенерологическом диспансере я убедил давать мне больничный одну врачиху, очень любившая книги, которые я собирал, как библиоман. Таких баек было много, но что-то я увлекся.

— Сколько времени, в среднем, уходит на перевод и озвучание одного фильма?

Когда были кассеты VHS от двух, четырех до шести часов. Сейчас, когда приходится начитывать фильм без возможности остановить цифровой магнитофон и перечитать оговорки, я вынужден письменно перевести фильм, и фильм переводится за 3 дня.

— Оказали ли на него влияние переводы Михалева, Гаврилова, пытался ли синтезировать их стиль, или никогда не задумывался о такой особенности своих переводов?

Я никогда не был под влиянием чужих переводов, не синтезировал стиль, а переводил так, как это делал я сам. Просто не халтурил.

— Что Вы читаете, Ваш любимый жанр в литературе ?

Недавно прочитал «Бегство из рая» о Льве Толстом и его уходе из Ясной Поляны Павла Басинского.

— Какую музыку Вы любите?

Для меня музыка это «Beatles», отдельные хита разных групп вроде «Отель Калифорния» группы «Eagles», Rolling Stones, Doors, The Kinks, Cream, Jimmy Hendrix – песни моей юности. Такие песни проходят через всю жизнь. Они ассоциируются с молодстью.

— Любимый актёр/актриса ?

Янковский и Елена Яковлева, Раневская, Жаров.
Чарлз Бронсон и Ума Турман.

— Фильм для души ?

«Бриллиантовая рука», «Беспечный ездок», «Гладиатор»

— В моменты запарки в девяностые года, какое максимальное количество фильмов удавалось перевести за сутки без перерыва на отдых?

5 фильмов.

— Бывало ли так, что вы абсолютно не понимали той или иной фразы? Мешал слэнг или ещё что-то. Как выходили из таких ситуаций?

Иногда Тиграну приходили фильмы все на том же кокни. Об английских футбольных болельщика, где понятным словом было только слово fuck. Я отказался переводить, как и Михалев, и Гаврилов. Даже талантливый халтурщик Володарский за него не взялся.

— в переводах того же Михалева было много «отсебятины» которые очень часто делали фильм лучше оригинала. Как вы относитесь к таким «улучшениям» фильм.

Михалев был перфектционистом. Статью о нем Андрея Плахова, хорошо знавшего Алексея, можно прочитать в четвертом томе «Видеогида», который я писал с 1991 по 2002 год. Его улучшения были талантливее, чем то, что придумывал в диалогах сценаристы. У Михалева была отчетливая харизма. Когда его, не дожившего до 50 лет, отпевали в церкви «Ивана-воина» на «Октябрьской», пришли проститься с ним и незнакомые ему люди. Я пришел, хотя только несколько раз говорил с ним по телефону.

— Случалось ли, что фильм, который Вы начинали переводить, так сильно не нравился, что не было желания его переводить, и Вы отказывали заказчику?

Если я начинал переводить такой фильм, я уж тянул его до конца.

— Любимые фильмы (любимые актеры), если есть.

«Собачье сердце», «Кин-дза-дза», «Shining» (вот, пожалуйста, фильм ужасов»), «Криминальное чтиво», «Контракт с коротышкой» (Get Shorty). Любимый актеры Роберт де Ниро, Евгений Евстигнеев, Эд Хэррис, Харви Кайтел, Кийану Ривз, Джонни Депп.

— Фильм(ы), который(е) самому хотелось бы сейчас перевести.

Таких фильмов назвать не могу – просто не смотрел, наверное. Но я с удовольствием перевел по второму разу «Лабиринт» для Леши. Перевод получился даже лучше, чем мой старый. Все-таки субтитры хорошее подспорье.

— И что ему больше нравится:классика или современное кино?

Я больше люблю классику, но и современное кино, как бы плохо я его сейчас не знал дает интересные вещи. Так я с ужасом посмотрел «Антихрист», посвященный Андрею Тарковскому. Смотрел я его в психушке на ноутбуке, звук был очень плохой и я хочу пересмотреть его, так как ничего не понял, только поражался мастерством оператора.

— Не могли бы вы немного расказать о истории видео в СССР? как это все это начиналось?

Началось все со слухов о том, что фильмы, изображение может быть записано как записывают звук на аудио кассетах. Стоили тогда привозные видаки столько же, сколько жигули. Первый раз я увидел фильм на советском телевизоре в черно-белом изображении и коготок мой увяз, уж больно я любил кино.

Помню, когда посмотрел с Сашкой Барковым впервые фильм ужасов про зомби, спали с включенным светом, а за шторами мне все мерещилось, что кто-то там стоит и хочет меня укусить. Большой толчок в распространении видео дала продажа видеомагнитофонов JVC и телевизоров Finlux в магазинах «Березка».

Первыми моими клиентами становились «ломщики» и люди таких же таинственных и неизвестных мне профессий. Не на работе это были вполне приятные ребята, вежливые и даже воспитанные – снимали ботинки и проходили в комнату в носках, несмотря на уговоры. После появления в «Березках» Панасоника, начался настоящий бум, и спрос стал превышать предложение. И предложение росло вместе со спросом. Самым трудным было достать что-нибудь посмотреть. Все «умирали» от «Тома и Джерри», по сто раз смотрели четвертую копию «Смоковницы». Чистая кассета стоила до 150 рублей, больше зарплаты инженера. Но лед уже треснул и двинулся. Видео сыграло большую роль в падении и развале Союза и советской власти вообще. Так это все началось ….

ссылка на интервью — Михаил Иванов — интервью